Впервые за 200 лет в России нет министерства образования

Итак, в России нет министерства образования. Министерства в России были учреждены указом императора Александра Павловича от 8 сентября 1802 года. И министерство народного просвещения наравне с министерствами юстиции, финансов и военно-сухопутных сил было в том первом пакете - оно даже старше, чем министерство внутренних дел. Среди министров народного просвещения были люди, сыгравшие в истории государства Российского немалую роль, - Разумовский, Голицын, Уваров, Шишков, Победоносцев, Луначарский...
Любопытно, к слову, что хотя к учителям общество относится с почтением, большинство министров просвещения оставляет - быть может незаслуженно - по себе недобрую память. И вот теперь указом Владимира Владимировича двухсотлетнее ведомство приказало долго жить, преобразовавшись в министерство образования и науки. Что характерно, главой новой и доселе незнакомой для нашего государственного устройства структуры назначен чиновник не от образования, а от науки.
Что бы это значило и кому это нужно? В историческом аспекте наука в России даже старше, чем образование. Царь Петр, побывав в Европе, захотел учредить свою академию и привез в Россию, где не только университетов, но и школ приличных еще не было, пару десятков иностранных ученых. Соблазн был велик: звание академика и немыслимые оклады. В положении об Академии наук было записано, что академики "науки знают и пытаются их усовершенствовать, а об обучении прочих никакого понятия не имеют". С ломоносовских времен сложилась в нашем благословенном государстве традиция, которая разорвала надвое науку и образование. По уставу нашей академии главная обязанность советских академиков состояла в "обогащении науки новыми достижениями и открытиями". Чем-то сродни свифтовской, оторванной от Земли стране Лапутии. В итоге именно у нас родилась поговорка о профессоре, который учит других, потому что сам ничего делать не умеет. В мире жили иначе: главными научными центрами были университеты, профессора и учили, и работали, студенты учились у действующих ученых.
До середины ХХ столетия особой беды в том не было. А потом произошло то, что лишь предполагал, ко всеобщему недоверию, Маркс. Наука стала непосредственной производительной силой, а ученые - новым общественным классом, который производит реаль-ный продукт.
Прежде ученые любили науку за то, что она предоставляла возможность удовлетворить любопытство за государственный счет. Теперь серьезное государство может рассчитывать на сильную экономику, на промышленный рост только при опоре на науку. В развитых странах 80

. Разрыв между образованием и наукой стал
#Наука
Снизу - Рабочая молодежь
Снизу - Ты - студент
Снизу - Молодой предприниматель Снизу - комитет Снизу - Молодая семья Снизу - Росмолодежь Снизу - Патриот Снизу - Сообщи где торгуют смертью